Она повернулась к Роману.

— Дай бластер!

— Но, леди… — он еще говорил, а Сандра уже выдрала бластер из его пальцев и швырнула в самый конец коридора. Сержант проводил оружие тоскливым взглядом, но послушно отступил вместе с Феликсом в противоположную сторону — туда, куда указала Сандра. Она взялась за засов и предупредила — то ли молчащего патрульного, то ли саму себя:

— Я открываю!

Отодвинула засов, потянула металлическую скобу. Дверь оказалась страшно тяжелой, и Сандра очень надеялась, что та не рухнет на нее под ударом патрульного — а то от нее самой и мокрого места не останется. Сандра открыла дверь и объявила то, что и без того было ясно:

— Это я.

Тишина. Темнота.

— Где вы?

Нерешительно шагнула вперед — на границу света и тьмы — и словно сам мрак схватил и закрутил ее на месте. На один стук сердца она оказалась прижата спиной к твердому телу патрульного. Палец коснулся ее шеи — почти нежно, но она знала — достаточно одного движения… Кто-то вскрикнул — Феликс? Она сама?

— Не двигаться, — сказал он, и мужчины застыли на месте. Сандра смотрела на стену прямо перед собой: по старой кладке спускались темные потеки. Патрульный шагнул вперед; она двигалась синхронно с ним, будто в каком-то диковинном танце. По движению его тела поняла, что патрульный осматривает коридор.

— Куда, док?

Сандра слабо махнула рукой в сторону мужчин. Патрульный отступил вместе с ней.

— Вы. Двое. Заходите. Сюда.

Они не сдвинулись с места. Патрульный был без оружия, и им казалось — они в равном положении. Молодые идиоты. Мальчишки.

— Слушайтесь его, — просипела Сандра. — Идите.

Они шли медленно, не сводя с них глаз. Патрульный отшагнул еще.

— Быстрей!

— Роман. Феликс, — сказала она. — Приказываю.